Показаны сообщения с ярлыком память. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком память. Показать все сообщения

суббота, 27 октября 2018 г.

Михаил Мошкин: Заповедная параллельная Родина, воды Китежа и берег Артании






 
За что я, пожалуй, в первую очередь, благодарен Олегу, так это за то, что он научил – в жизни, помимо "столкновения интересов", "позиционирования" и прочего "существования белковых тел", есть место чуду и тайне. И тому научил, что заповедная параллельная Родина, воды Китежа и берег Артании не были когда-то in illo tempore, во время оно, но есть здесь и сейчас.
Ведь линейное время придумали, чтобы нас всех одурачить. А так-то – все мы, уже умершие, сейчас живущие и еще не родившиеся (да, жизнь!) сосуществуем в волшебном пространстве Святой Руси. Которая никуда не делась – надо только присмотреться к узорам на листве и стенах соборов, и прислушаться к ветру в поле и песне в лесу.
И все-таки – здесь и теперь – очень не хватает тебя, дружище.

Октябрь 2018 года от Р.Х.

понедельник, 30 октября 2017 г.

Максим Борозенец: Моему ушедшему товарищу


МАКСИМ БОРОЗЕНЕЦ
Председатель Культурно-исторического общества "NORDSOLEN"


Ушел из жизни мой близкий друг Олег Фомин.

Я попал в Москву впервые лет 10 назад, и Олег был тем, кто первым принял меня в столице. Наша встреча была случайной и судьбоносной, и я с первых минут понял, что с этим крупногабаритным человеком мне предстоит пройти определенную часть жизненного пути. Олег был неординарной комплекции и таких же неординарных взглядов. Он больно не вписывался душой в свое тело, и своей жизнью в этот мир. Остаток своей недолгой жизни Фомин сознательно посвятил порой насильственному примирению своей судьбы с миром, но ткань мира в конце концов отторгла его как инородное тело.
Олег всю жизнь страдал от бремени своей физиологии. Невесомый и непоседливый, его дух был заключен в тюрьму патологической тяжести тела. Такие вообще долго не живут. Борцы сумо в таком возрасте считаются уже долгожителями. А Олег боролся на ринге космического масштаба, вызывая на поединки опасные сущности против всех смиренных правил.
Я был практически последним из его соратников, кто видел его живым. Я попал в Москву в эти дни по работе, и мне выпала удача проститься с ним, за что я безмерно благодарен. Когда я увидел его в палате гнойной хирургии — неоднократно реанимированного, искромсанного швами от операций и ампутаций — я сразу понял, что вижу своего друга в последний раз. Я говорил с ним скомкано, кое-как подбирая слова, а он еле слышно отвечал мне своей болью, пронизанной нестерпимо мучительным ощущением конца и осознанием ужаса, что эта боль еще будет и будет продолжаться. Я не смог выдержать больше 15 минут с ним, взял его высохшую руку, сказал, что люблю его, и сбежал обратно в мир живых.
Когда пару дней спустя мне сообщили, что Олега больше нет, я принял это спокойно. Я был рад, что его мучения на этой земле закончились и Бог принял его к себе.

Пусть земля тебе будет пухом, мой друг, а путь твой продолжается в Царствии Небесном. Вечная память тебе!

Михаил Мошкин: Памяти Олега Фомина


*Портрет Олега Фомина-Шахова*
Автор: Ключарь


Свершается в лицах деяние,
Исполнив извечный закон.
Плывет чудо-остров Артания
За звездную кромку времен,
А нам завтра в школу изгнания
Изгоями — на поклон.

Железно, хрустально, игольчато
Звенит, затихая волна
До синего плеса, где отчего
Заветного слова немолчного
Превечная песня слышна.
Где умысел чудного зодчего —
узоры и письмена.
Где так самоцветна, яровчата
Лазурная суперструна.

На бреге летучей Артании,
Где бьют птицерыбы хвостом,
Где в вечноприсущем сказании
Слагается песенный дом,
Свершается в лицах деяние
Без всякого "здесь" и "потом".

На крыльях летучей Артании,
Опознанной сквозь облака,
Оставив вериги страдания,
Душа отлетает, легка.
Над веткой железнодорожной
Молочная плещет река,
И Солнце песчинкой ничтожной
Вращает века.

От Павшина в Вековку скорый
К рассвету. Не в бездну, не в ночь.
А провожающим споры
Да мятые разговоры
С платформы пешком под гору
Прости же всю нашу свору
А нам — не свернуть бы прочь…

29 октября 2017 года от Р.Х.

пятница, 27 октября 2017 г.

Александр Дугин об уходе Олега Фомина-Шахова



ОЛЕГ ФОМИН-ШАХОВ
(07.VII.1976 – 25.X.2017)






У меня странное чувство, что Олег пошёл на разведку. Когда умер его и мой друг Володя Карпец, я в церкви, которую он вплоть до смерти посещал, во время службы остро ощутил его присутствие. И спросил его: как, Владимир Игоревич, у вас там, на том свете? И услышал странный ответ: а здесь война, Александр Гельевич... И сейчас Олег и разведка... Что-то покоем и не пахнет... Говорят, война...

***


Как застывают грёзы? Что происходит со снами, когда их перестают смотреть?

четверг, 2 февраля 2017 г.

Максим Медоваров: Уроки лесного мудреца. Памяти В. И. Карпца



Неожиданная – несмотря на долгие годы болезней – кончина Владимира Игоревича Карпца – была воспринята мною тягостно вдвойне, ибо периодически между нами случались конфликты, и даже втройне, ибо за семь лет тесного общения я сроднился с ним настолько, что теперь чувствую себя в определенной мере ответственным за то, чтобы его необъятное наследие не пропало втуне и было надлежащим образом истолковано.
Если взять все опубликованные сочинения Карпца (статьи в газетах и сборниках, прозу, стихи, исторические исследования, сценарии его фильмов) и все его записи в Интернете, то получится массив в несколько тысяч страниц, который автор этих строк прочитал целиком, стараясь не упустить ни единого слова ушедшего мудреца. По-детски, упрямо наивный в одних вопросах, он был крайне проницателен в других.
Именно сейчас для будущих поколений очень важно иметь руководящую нить, чтобы не заблудиться в лабиринте творений Карпца.
Начать, пожалуй, следует с того, что Карпец – автор предельно автобиографичный и откровенный. На страницах его поэтических и прозаических сочинений, в его Живом Журнале и (в последний год) на страничке фейсбука он успел рассказать своим читателям большинство основных тайн своей жизни: не только внешних (он дерзал описывать такие происшествия, о которых обычно люди молчат), но и внутренних (все свои страхи, переживания, психологические комплексы он выносил на всеобщее обсуждение, сам при этом отходя в сторону). Надо признать честно: если как поэт Карпец занимает одно из первых мест в русской литературе нашего времени (хотя сам он подчас бывал несправедлив и слишком скромен в оценках своих стихов и поэм), то  художественная ценность его прозы равна нулю. Повести и рассказы Карпца – это нехудожественная публицистика, где герои бесконечно обсуждают исторические, метафизические и политические взгляды самого автора. Но именно на страницах – сначала, в 90-е годы –  «Ромео и Гамалеи» и «Повести о повести», а затем в поздних романах и повестях («Любовь и кровь», «Как музыка или чума», «Забыть-река», «Гиммлер») содержится психологический ключ к многим утверждениям Карпца, которые в его публицистике выражались более прикровенно.

понедельник, 25 июля 2016 г.

Неизвестный солдат Саур-Могилы


В августе 2014 года во время разгрома войск ВСУ на Саур-Могиле погиб солдат, чьё имя долгое время оставалась неизвестным. Благодаря бойцам и их настойчивости были найдены родственники Неизвестного Солдата — Кузнецова Дмитрия Викторовича.

 
Послушай ветры над Саур-Могилой,
Коснись рукой пахучих диких трав,
Здесь мужество с боями проходило,
Легендою для всех на веки став.


******
 
Солдаты шли, степь кровью окропляли,
Горячей кровью каждую версту…
Но отстояли! Выдержали! Взяли!
Немыслимой отвагой высоту.