Дмитрий Корнилов: Взаимоотношения "Центр - регионы" как предмет политического торга на Украине: история и современность

Вся история организации внутреннего территориального устройства Украины (на протяжении как последних пяти лет, так и предыдущего периода) прежде всего сводится к “битве за власть в областях”.
Среди прочих, наиболее часто дискутируемыми вопросами являются следующие: будет ли у граждан Украины возможность избирать собственные областные Советы вообще; если да, то будут ли местные Советы органами самоуправления или органами государственной власти (своеобразными “филиалами Центра”, в представлении Киева), должен ли председатель облсовета избираться депутатами или всем населением области и т.д.
На протяжении последних пяти лет “перетягивание каната” между Киевом и областями происходило по вполне логичной и легко объяснимой схеме:

Максим Сигачев: Азы русского идентаризма

Термин «идентаризм» является достаточно экзотическим не только в России, но и, пожалуй, в Европе. Он появился во Франции, где действуют такие организации как «Блок идентаристов» и «Движение идентаристов». Введя понятие «идентаризм», французские правые стремились уйти от буржуазного национализма, где в рамках буржуазной гражданской нации происходит нивелирование всего многообразия идентичностей (этнических, региональных, исторических). С помощью идентаризма они хотели вернуться к «цветущей сложности» (используя термин русского консерватора XIX в. Константина Леонтьева) традиционного общества. Таким образом, идентаризм – это идеология, ориентированная на защиту идентичности. Идентаризм подразумевает верность своим корням, сохранение наследия и самобытности. Идентичность – понятие сложное и комплексное. Она включает в себя много уровней, которые не конфликтуют с другом с другом, а находятся в органичном единстве.

Что входит в российскую идентичность?

1. Индоевропейские корни. Мы помним о своей принадлежности к индоевропейской общности. Индоевропейцы – общие предки как для нас, так и для европейских народов, а также для части азиатов (иранцев, индийцев). В практической области осознание этого родства подразумевает действия, направленные на укрепление сотрудничества с германо-романским миром, Ираном, Индией. Индоевропейское наследие объединяет нас как с европейскими, так и с другими народами Евро-Азиатского пространства. Эта идентичность, позволяет нам направить все разумные силы на укрепление сотрудничества с цивилизациями Евразийского континента. Ментальное, языковое и культурное сходство позволяет найти много общего между нашими культурами и народами, что, в свою очередь, является хорошим подспорьем в деле налаживания союзнических отношений. Необходимо поддерживать проекты и исследования в области индоевропеистики. Следует задуматься над возможностью проведения каких-то фольклорных мероприятий, конференций, фестивалей, нацеленных на углубление знаний об истоках индоевропейских народов.

2. Славянское наследие. Русские, безусловно, являются народом славянской культуры. Нас многое объединяет с другими славянскими странами. В политической сфере выразителем линии на сближение славян выступает панславизм. Осознавая себя составной частью славянского мира и славянской культуры, мы должны укреплять взаимосвязи между славянскими народами, что позволит нашей стране найти надежных партнеров и союзников в Восточной Европе. Россия должна стать координационным центром объединения славянских народов. Российское государство должно быть открыто для добровольного союза с братскими славянскими народами.

3. Панрусизм. Никогда не нужно забывать о том, что мы выступаем в качестве наследников тех легендарных русов, которые прибыли на наши земли вместе с Рюриком в IX веке.

Владимир Карпец: Регионализм vs сепаратизм

Накануне только что прошедших «московских выборов» портал «Русская Фабула» опубликовал интервью главы избирательного штаба Навального Леонида Волкова, называющего себя «екатеринбургским регионалистом», с характерным заголовком «Республика Уральская, Республика Московская». Там все сказано четко и ясно: «Навальному нравится фраза, которую я сказал в одном из первых интервью в качестве начальника штаба: «В случае нашей победы в Москве власть Путина в остальной России превратится в тыкву». Мы сейчас держим в руках кощеево яйцо и бьем по нему кувалдой. Безусловно, вместе с режимом Путина уйдет в прошлое и нынешняя Российская «Федерация». (http://rufabula.com/articles/2013/09/01/leonid-volkov )

Дело не в Путине. Точно так же в феврале-марте 1917 года удар был направлен не лично против Императора, а против России. Чем все закончилось? Кстати, не лучшим образом и для самих «массовиков-затейников». Как бы ни говорили они, что им просто нужна «новая, свободная и более сильная Россия»… Как бы ни говорил сейчас тот же Волков, как он сам признается, сторонник «наследия Ельцина-Росселя-Чернецкого», будто бы «нам нужна настоящая, сильная федерация»… Цели здесь совершенно иные. Об этом говорят на том же портале «Русская фабула» другие национал-демократы, менее облеченные публичными полномочиями:

«Остается надеяться, что Алексей Навальный, стартовавший в большую политику с борьбы за пост московского мэра, названными качествами обладает. Определенные основания для таких надежд есть. Сам лозунг предвыборной кампании Навального — «Изменим Москву — изменим Россию» — многообещающий <…> «Москва против Кремля» — таков глубинный, но вполне внятный политический (и шире — культурно-исторический) подтекст этого лозунга <…> Многие аналитики полагают, что в результате московских выборов (независимо от их формального исхода) Навальный может навязать Путину противостояние, в чем-то повторяющее схему 23-летней давности: Ельцин (Россия) против Горбачева (СССР). Как известно, это противостояние закончилось крахом советской империи.» (Алексей Широпаев, http://rufabula.com/articles/2013/08/25/moscow-vs-kremlin). Яснее не скажешь.

Валерий Коровин: Евразийский солидаризм

Имперский принцип регионального развития

Русский народ – это народ общинный, это народ коллективистский, и каждый представитель нашего народа понимает своё благо, своё благосостояние как благосостояние всего общества. 

Здесь мы неизбежно приходим к принципам солидаризма.

Либеральное разложение

Последние 20 лет мы находимся под властью гегемонии либерального дискурса[1], и как следствие ценностей, привнесённых в Россию чужеродными силами на волне либеральной революции начала 1990-х годов, повлекшей за собой деструктивные последствия. В центре либеральных ценности лежит индивид, базовыми качествами которого являются личная корысть, частная заинтересованность, стремление к наживе и меркантильные интересы, все те качества, которые разъедают русское общество последние десятилетия. Именно торгующий индивид лежит в центре развития либерального общества, которое навязывается России, это его главный субъект, а само либеральное общество складывается из индивидуумов - атомизированных, разрозненных, борющихся друг с другом агрессивных единиц. Так общество видят либералы[2].

Русское общество традиционно совершенно иное. В нём целое гораздо выше частного, гораздо больше, чем сумма совокупных частей: холистский, целостный взгляд русского человека, который целое, общее видит выше своих частных интересов, больше и значимее[3]. Именно такой русский взгляд разрушается, подрывается либеральным дискурсом, который все эти годы подаётся как единственно верный.

Сергей Хенкин: Потенциал регионального сепаратизма в Испании

Испания – пример многонационального государства, где влиятельные силы в некоторых регионах «покушаются» на государственный суверенитет,  претендуя на суверенный статус своих территорий. В авангарде борьбы за суверенитет в Испании идут представители наиболее развитых  автономных областей – Страны Басков и Каталонии, выдвигающие требования политического, культурного и языкового характера. Региональный  сепаратизм в последние десятилетия проявлял себя в двух основных формах – вооруженной террористической борьбы (ЭТА в Стране Басков) и  мирных, зачастую массовых требований независимости (в той же Стране Басков и Каталонии). Насколько велика сегодня угроза территориальной  целостности испанского государства?

Территориальная организация современной Испании

Существующее здесь Государство автономий (оно включает 17 автономных сообществ и два автономных города Сеута и Мелилья на побережье  Северной Африки) за годы демократического развития доказало свою жизнеспособность. Вместе с тем эта модель  государственно-территориальной организации постоянно оставалась объектом политической борьбы, заметно обострившейся в последние годы.  Одни политические силы настаивают на сохранении Государства автономий при возможном внесении некоторых корректив, другие требуют его  превращения в федерацию, третьи – в конфедерацию, четвертые борются за полную независимость своих территорий.